Армения сегодня воспринимается как страна с сильной инженерной школой и заметными технологическими достижениями на глобальном рынке. Однако именно на этом этапе, по мнению президента Инженерной ассоциации Армении Арам Салатян, страна сталкивается с ключевым стратегическим выбором — останется ли она центром разработки или сумеет перейти к промышленному производству.

Идеи без монетизации 

Выступая на форуме Yerevan Dialogue 2026, Салатян подчеркнул, что инженерная сфера в Армении уже достигла высокого уровня. Здесь создаются сложные, конкурентоспособные на мировом рынке продукты — от программных решений до высокотехнологичных разработок в электронике. Но при всей этой успешности остаётся незакрытым главный вопрос: где именно формируется основная добавленная стоимость.

По его словам, сегодня значительная часть армянской инженерной экосистемы работает в логике разработки и дизайна, тогда как промышленный этап — производство конечного продукта — остается за пределами страны. Это создает структурный перекос, при котором Армения генерирует идеи и технологии, но не участвует в полном цикле их монетизации.

Сервисная экономика и риск оттока кадров

Салатян формулирует это довольно жёстко: любой инженерный продукт становится полноценной экономической ценностью только тогда, когда он доходит до фабричного производства. В противном случае страна рискует закрепиться в роли «дизайн-хауса» — центра разработки без индустриального ядра. В такой модели, предупреждает он, экономика остается сервисной и теряет значительную часть потенциального дохода.

При этом существует и более долгосрочный риск. Если страна не развивает производство, инженерные кадры постепенно начинают перемещаться туда, где этот этап уже существует. Таким образом, может произойти не только экономическая, но и кадровая эрозия существующей инженерной школы.

Первый шаг - развитие OSAT-сегмента или нишевых направлений 

Говоря о полупроводниковой отрасли, Салатян отметил, что Армения уже имеет серьезные достижения в ряде направлений — разработке микросхем, EDA-инструментах, тестировании, валидации и измерениях. Более того, в стране уже работают компании, которые выполняют сложные инженерные задачи для международных заказчиков. Однако, по его словам, это всё ещё не полный цикл индустрии.

Он предлагает рассматривать два реалистичных пути входа в производство. Первый — развитие OSAT-сегмента, то есть сборки и тестирования микросхем. Это заключительный этап производства полупроводников, который не требует самых передовых технологических процессов, но позволяет стране встроиться в глобальную индустриальную цепочку. Второй путь связан с развитием нишевых направлений — оптических, радиочастотных и силовых чипов, где мировая индустрия испытывает дефицит, а требования к технологическому уровню ниже, чем в передовых узлах.

Необходима экосистема 

Однако, подчёркивает Салатян, даже эти направления не решаются исключительно через создание отдельных предприятий. Необходима экосистема — промышленно-технологическая среда, в которой производство, инженерные услуги, оборудование и инфраструктура объединены в единую систему. Он предлагает модель «factory city», где снижение барьеров входа, совместная инфраструктура и концентрация компетенций позволяют ускорить переход от разработки к производству.

Отдельную роль, по его словам, должны сыграть так называемые якорные компании — крупные международные игроки, которые способны запустить вокруг себя промышленную экосистему. Исторически, отмечает он, именно подобные компании становились точками роста для инженерного сектора Армении, и аналогичный эффект возможен в производстве.

В итоге, как подчеркивает Салатян, речь идёт не просто о развитии отдельной отрасли, а о выборе модели экономики в целом. Армения уже доказала, что способна создавать технологии. Теперь вопрос в том, сможет ли она превратить это преимущество в полноценный промышленный цикл — или останется страной, где рождаются идеи, но не производится продукт.