В истории человечества власть и искусство появились не одновременно и не случайно. Эти явления коренным образом изменили жизнь наших предков, сформировали культуру и общественные структуры. Они позволили людям объединяться, создавать сложные сообщества и выражать свои мысли через символы и образы. Но как именно они возникли? Почему у наших древних предков появились власть и искусство, а у неандертальцев — нет? Какие факторы способствовали этим переменам, и что они дают нам сегодня? Всё это и многое в эфире программы «Знаете ли вы?» рассказал известный антрополог Станислав Дробышевский.
Беседа стала возможной благодаря поддержке фонда «Дробышевского» и традиционного партнера программ о науке и технологиях компании Team Telecom Armenia.
Жесткая иерархическая система — даже при не очень большом развитии мозгаНа вопрос о том, как и когда у наших древних предков возникла власть, Станислав Дробышевский объясняет, что сама по себе концепция власти подразумевает неравенство: «Есть кто-то как бы выше, лучше, значительнее, а кто-то ниже, хуже и незначительнее». Однако в первобытных сообществах люди были примерно одинаковы. «Не потому, что они все одинаковые. Естественно: кто-то крупнее, кто-то слабее, кто-то умелее, кто-то способнее. Но в принципе образ жизни у них был один и тот же: все бегали с копьями, кололи какие-то камни, и каждый отвечал, по большому счету, за себя», — уточняет он.
Для того чтобы возникла иерархия, необходима определённая сложность работы мозга, которая появляется с определенного момента развития. Причем и при не очень большом развитии мозга может существовать очень жесткая иерархическая система, отмечает Дробышевский. Он приводит в пример павианов:
«Есть такой «фюрер», альфа-самец, который всеми рулит, всеми командует, всем раздает подзатыльники. Есть бета, гамма вплоть до омеги. У самок своя параллельная иерархия, которая не идеально соответствует самцовой. При этом у павианов всё строится исключительно на физической силе: «У кого самая большая морда, у кого самые длинные клыки — тот и главный». Интеллект в таких иерархиях не учитывается.
Злоба в нас не заложенаВ отличие от этого, люди-гоминиды с самого начала были добрыми и расположенными друг к другу, отмечает Дробышевский. Он поясняет, что небольшие челюсти и уменьшенные клыки свидетельствуют о том, что ранние люди не прибегали к устрашению друг друга: «У нас по сравнению с проконсулом, который жил примерно 20 миллионов лет назад, клыки чуть-чуть уменьшились, а у шимпанзе они сильно увеличились. Поэтому по поведению мы примитивные, мы больше похожи на предка, который жил 20 миллионов лет назад, чем шимпанзе. А шимпанзе прогрессивный, но он злобный, а мы добрые.
Многие люди на этом месте могут сказать: как же так, мы добрые, а вокруг всё время какие-то войны и конфликты. Но это не наше врождённое свойство. В принципе, если живём каким-то единым коллективом, внутри этого коллектива мы к своим родственникам добры. А все конфликты обычно возникают, когда эти коллективы увеличиваются до безобразия — сотни, тысячи, миллионы, и тогда возникает множество интересов. И обязательно находится кто-то нехороший, кто пытается свои интересы продвигать выше всех. Но это просто уже от большого ума».
Дробышевский подчеркивает, что проявления доброты человека наиболее заметны внутри небольших коллективов: в рамках единой группы индивиды доброжелательны по отношению к своим родственникам. Конфликты возникают, когда коллективы становятся слишком большими — сотни, тысячи, миллионы человек — и появляется индивид, стремящийся продвигать собственные интересы выше остальных. Тем не менее, исходной формой человеческой социальной организации была семья, состоящая из родителей и детей. При этом не всегда существовали бабушки и дедушки, так как большинство людей не доживало до соответствующего возраста.
Концепция власти была бессмысленной долгое времяВ таких условиях концепция власти теряет практический смысл: кто главнее, отец или мать? Родители выполняли разные функции — отец охотился, мать собирала растения и обрабатывала землю, а дети росли, следуя природным законам и усваивая окружающие навыки. Все члены семьи знали, где находятся ресурсы, необходимые для выживания, и не было необходимости в какой-либо формальной власти или командовании.
Неравенство всё равно возникало, продолжил он, но оно не давало властных полномочий: «Кто-то чуть более способный, кто-то менее способный, кто-то умнее, а кто — глупее, но это не давало никому каких-то властных полномочий. Менее способный просто хуже выживал».
Дробышевский заключает, что интеллект и мозг развивались постепенно и именно в свете выживаемости более умных и способных: глупенькие чаще умирали, а умные лучше выживали. Так рос мозг, интеллект, начала продвигаться культура. Археологические и антропологические данные подтверждают эти процессы.
Следите за NEWS.am Tech на Facebook и Twitter